Ёжик проснулся ранним утром и выбрался из норы на предрассветный холодок. Едва брезжила на облаках розовая заря. Рюша потянулся, умыл мордочку свежей росой и вдруг почуял тонкий нежный аромат молодых груздей. «Вот-вот поднимутся из земли…» — Подумал Рюша, предвкушая, как сегодня он будет ворошить лесной дёрн, отыскивая свежие грузди. Он явственно представил их терпкий с тонкой горчинкой вкус и трепетный хруст на своих острых зубках…

   Ёжик не стал медлить и побежал-покатился по важному грибному делу. Он уже почти добрался до цели, когда заметил большого кабана, пожалуй, даже огромного. Кабан был шерстист, в холке высок и копытен. «Конкурент!» — промелькнуло в ёжкиной голове. Он остановился, соблюдая дистанцию.

   — Здравс… — Начал было приветствие Ёжик, предполагая сказать: «Здравствуйте, уважаемый Брык!», но тут же поправился:

   — Здорово, уважаемый Брык! — Потому что вспомнил: Кабану не нравились вежливые хлюпики, поскольку сам он был не какой-нибудь хряк, а реально крутой кабан. Кабан снисходительно осмотрел ежа и сообщил:

   — Здоровей видали!

   — Где? — Нечаянно вырвалось у Ёжика. — Не подскажете? Хотелось бы тоже…поздоровее. Так, на всякий случай…

   — Где-где, у лисицы в животе! — Брякнул Кабан и заржал.

   «Вот тебе и здрасте…» — Подумал Ёжик и в недоумении спросил:

   — А кабаны разве ржут?

   — Если ёжик насмешил — «ржутнимогут». — Разъяснил феномен Брык, всё ещё подрагивая от смеха.

   — А-а, вон чё… — До Ёжика дошло, что над ним прикалываются, но обижаться не входило в его планы. — Ну так я побежал… Спасибо за шутку! «И чем только я его насмешил?» — Тихо подумал Рюша.

   — Ну, бежи-бежи! А шуток нам не жалко! — Вслед Ёжику прохрюкал Кабан. — Ещё удивляется, чем насмешил — одним своим видом, вот чем!

   Ёжик, отбежав на почтительное расстояние, подумал: «Повезло! Видно, Кабан нынче не по грузди собрался, коли в другую сторону направился.» — Ёжику совсем не улыбалось выхватывать грибочки из-под копыт Кабана.

   Более не мешкая, он поспешил на поиски. Ведомый едва приметной тропкой и запахом грибов, он скоро добрался до старого трухлявого пня и замер, опустив носик к самой земле. «Здесь!» — Установил он присутствие груздика: «Только дёрн сдвинуть, и он мой!..»

   «А ты — мой!» — Вдруг ощутил он чьи-то чужие мысли. И тут к запаху груздя примешался запах Лисы. Ёжик медленно поднял голову, и взгляд его встретился со взглядом Лисы. Это была всё та же Клавы. Ёжик резко пыхнул и отпрыгнул назад, укрывшись за пеньком. Лиса, осторожно переступая, пошла вокруг пня; Ёжик — от неё. Так они двигались вокруг пня, как планеты вокруг солнца, пока Лиса не остановилась:

   — Ты всё такой же бука, Рюша… — Сказала она с ласковой укоризной. — Право же, что я могу тебе сделать? Ты вон какой защищённый, колючий… Давай поболтаем, я тебя уверяю, мы станем добрыми друзьями!

   — Особенно когда я окажусь у Вас в животе, уважаемая Клава, и шуточка Кабана Брыка станет былью.

   — В прошлый раз мы были на «ты», отдаляешься ты от меня, Рюша, отдаляешься… А на шутки Кабана я бы вообще внимания не обращала…

   — Даже в шутке Кабана найдется доля истины, — возразил Ёжик, — и если я окончу свои дни в Вашем уважаемом животе, то тень моя исчезнет. А я стану Светом!

   У Лисы понемногу отвисала челюсть, а Ёжик меж тем продолжал с напором:

   — А когда я стану Светом, то смогу войти куда угодно. Могу войти и в Вас, уважаемая Клава! — И тут Рюша почти заорал. — Представляете, какой бардак я там у Вас устрою?! Мало не покажется! Всю оставшуюся жизнь будете жалеть о содеянном!

   Лиса пребывала в лёгком оцепенении. Многовековой опыт предков подсказывал — если тебе что-то кажется непонятным, это уже опасность, и лучше с достоинством…свалить. И Лиса, тихонько повернувшись, собралась с достоинством направиться в лес, но её остановил твердый спокойный голос Ёжика:

   — А не знаком ли Вам, уважаемая Клава, Заяц по имени Труш?

   — Ну бегает такой, молодой да голенастый, по лесу…

   — Так вот, рекомендую Вам не покушаться на его жизнь и здоровье, чтобы избежать нежелательных последствий для Вашего…благополучия.

   — Надо же, как излагает… — Пробормотала Лиса. — Точно учёный лис какой…

   Ёжик сам поражался своему слогу и дерзости — чего только не сделает адреналин со скромным зверьком!

   Меж тем Лиса не снесла Ёжкиной дерзости и притормозила своё отступление:

   — А не слишком ли ты смел, дружок? — Вкрадчиво осведомилась она. — Земля — она, знаешь ли, круглая, хоть и выглядит ровной…

   — Знания делают Вам честь, уважаемая Клава. Только не пойму, к чему Вы клоните.

   — А к тому, дорогой Рюша, что сейчас мы разойдёмся в разные стороны, но это не значит, что мы не столкнёмся где-нибудь на узенькой дорожке. Придёт срок, тогда поглядим, как ты заговоришь… — Лиса на мгновение смолкла и договорила. — На знания не жалуюсь, учитель был хороший.

   Пока Лиса стояла на месте, не подкрадывалась, Рюша решил, что может ещё немного поболтать с ней:

   — Если у Вас был хороший учитель, почему не научил, что маленьких обижать нехорошо?

   — Учитель у меня был хороший — родители отдыхают — столько интересного я от него узнала… Звали его Старый Лис Таис. — Она внимательно посмотрела на Ёжика. — Не мы выбираем, кем родиться. Я — Лиса, мой путь — убивать и выживать; я — хищник и морковку грызть не стану.

   Лиса чуть оскалилась и продолжила речь:

   — А если я перестану ловить зверушек, то умру от голода или ослабею, и сама стану добычей волка или филина. Как бы ты поступил на моём месте? Твой выбор?

   — Да уж, выбора у нас нет, зато есть естественный отбор… — Рюша иронически усмехнулся. — Я в курсе, как устроен мир. Спасибо папе, объяснил…

   Ёжик посматривал, не придвигается ли к нему Лиса — нет, стоит на месте, и он миролюбиво продолжил:

   — Чтобы племя ёжиков было крепким и здоровым, нужны лисы, они будут поддерживать ёжиков в хорошей форме. А которые ёжики не избежали зубов лисы, те, значит, сами виноваты и выбывают из игры под названием жизнь.

   — Ну вот, сам видишь — я как бы и не виноватая… — В рыжих глазах Лисы промелькнула лукавая улыбка.

   — Так я Вам, уважаемая Клава, и даю понять, что я — ёжик в отличной спортивной форме, и не надо тратить на меня Ваши драгоценные силы — пригодятся ещё. И на моего друга Зайца — тоже! Шустёр он для Вас, уж извините за прямоту. Мы, ёжики, такие — прямо говорим, без обиняков.

   — Без обиняков нахватаешь тумаков… — Задумчиво пошутила Клава. — Поняла я, что вы, ёжики, не только прямые, но ещё и заботливые. Заботишься, стало быть, обо мне, чтоб силы зря не тратила. — Всё также задумчиво говорила Клава. — Надо же… Никогда такого не слыхала.

   Меж тем Ёжика понесло, и он пустился в рассуждения:

   — Вот я иногда думаю, зачем другие зверушки в лесу нужны. Что, ёжиков недостаточно? Жили бы в лесу одни только ёжики, и поглядите — никаких зверств и кровопролития. Никто бы никого не гонял и не кушал с глухим урчанием. Меня это урчание как-то особенно напрягает.

   — Интересно ты рассуждаешь… А как же тогда твоя дружба с Зайцем? И без твоей наставницы Совы обойдёшься? Она, между прочим, тоже хищник, и кровь по ночам обагряет её жестокие коготочки. — Лиса снисходительно усмехнулась. — А что ты мне про свет вещал? Наверное, от Великой Баси понабрался мудрости. — Имя Совы она произнесла с ехидцей. — Тоже мне гуру ушастая нашлась.

   — Почему ушастая?

   — А ты не знаешь? Порода у неё такая — сова ушастая. А вовсе не великая… — И Лиса снова ехидно усмехнулась. Но Ёжик решил довести свою мысль до конца:

   — И что такого? Просто все одуванчики душ воплощались бы в ёжиках. И Заяц Труш был бы ёжиком, а Сова Бася — ещё одной Великой Ёжкой. — Рюша осёкся, про Бабушку Ёжку он говорить не хотел, особенно Лисе. — Все бы дружили, и никто никого не обижал.

   — Ну да, наверное, это и есть рай. Но почему только ёжиков? Лично мне нравится быть лисой.

   — Такого рая для лис не получится — им кушать будет нечего. Но меня волнует другое — раз в лесу живут не только ёжики, и одни зверушки едят других, значит так нужно? Кому нужно? — Ёжик перевёл дух. — Кто-то на всё это смотрит и что?.. Получает удовольствие? Неужели Отец Небесный? Зачем ему? Как Вы, уважаемая Клава, смотрите на эту проблему?

   — На мой взгляд, это вообще не проблема…

   — А на мой — проблема! Извините, перебил…

   — Ничего… Когда-то Старый Лис Таис сказал мне, что наш мир — это и есть Отец Небесный. Вроде как он себя в нашем мире выразил, воплотился в нём. Так малое семечко вырастает в огромное дерево. И потому Отцу Небесному не важно, кто здесь кого съел… — Лиса умолкла, ожидая, пока Ёжик обдумает услышанное. Взглянула в его разные глаза и снова заговорила:

   — Если тебе не с кем общаться и ты один-одинёшенек, как Отец Небесный, тебе остаётся лишь наблюдать, как общаются другие…

   — Когда кто-то кого-то ест — это тоже общение? — Нетерпеливо перебил Лису Ёжик, но с мысли её не сбил.

   — …и неважно, что ты их создал, можно абстрагироваться.

   — Абстрагироваться? — Переспросил Ёжик.

   — Ну, да, не учитывать в модели.

   — В модели?

   — В модели нашего мира. Проще говоря — не обращать внимание на мелочи…

   — А как Вы думаете, уважаемая Клава, он что-то напутал, когда создавал, или нарочно так всё устроил… Ну, чтоб интереснее было…

   — Честно говоря, я об этом не думала… Какая разница, нарочно-не-нарочно, что это меняет в нашей жизни? Ровным счётом – ничего.

   — Про такие знания мне Великая Бася говорила: «Узнал и забудь!»

   — Ладно уж, признаю — мудрая она птица. — Лиса поглядела на Рюшу с почти искренней симпатией:

   — Всё ж таки ёжик ты необычный… Смотрю я на тебя, а мордочкой ты похож на лисёнка; цвет не тот, но это можно поправить. Давай, покрасим тебя в рыжий цвет, и я тебя представлю лисьему сообществу.

   — Ещё чего! — Возмутился Ёжик. — Вообще-то я похож на Волка, и красить меня не надо! Расцветка у меня подходящая, как у него.

   — А-а… — Протянула Лиса. — Вот, значит, кто у нас кумир. Да-да-да…слышала я давеча, как он сокрушался, что напугал тебя.

   — Да, нехорошо получилось, уколол Волка в нос и сбежал. Надо бы пойти извиниться, а боязно… Что посоветуете, уважаемая Клава?

   — Ну, коли боязно, изложи — я передам.

   — А не переврёте?

   — Какой ты, однако, недоверчивый. Мне это зачем? Ни сытнее, ни теплее мне не станет. И вообще, зверушки должны доверять друг другу.

   — А можно я Вам доверять не буду? — Нечаянно сорвался у Ёжика невежливый вопрос. — А перед Волком извинюсь сам. — Рюша вздохнул. — Что я, трус какой-нибудь…

   — Да-а, не складываются у нас отношения… — Разочарованно проговорила Клава. — Пойду я, пожалуй… Может быть потом сложатся, когда ты станешь старше и мудрее.

   — Ага, и потеряю спортивную форму.

   Лиса только вздохнула в ответ, и более ничего не молвя, удалилась; среди деревьев промелькнул рыжий хвост. Как говорится, была плутовка такова…

   Ёжик, наполненный иллюзией моральной победы, остался один возле старого пня. Тонкий аромат молодого грибка вскоре напомнил ему, что он голоден, умён и молод. Хотелось восклицать: «Святая Ночь! Отец Небесный! Чую — жизнь прекрасна!»

   Ёжик обошел пенёк, принюхался, откинул дёрн и прикусил терпкий грибок острыми зубками. Не успел он дожевать первый кусочек, как сверху раздался журчащий быстрый говорок:

   — Очень приятно и по-хорошему завидно смотреть, как ты ешь этот ароматный груздь.

   Ёжик перестал жевать — не лес, а проходной двор какой-то! — и нехотя поднял голову вверх. Ну, точно, это очаровательная белочка Муся в своей бархатной коричневой шубке: ушки торчком, кисточки волчком, пушистый хвост плавно покачивается. Быстрые чёрные глазки замерли, выжидательно глядя на Ёжика.

   «Сейчас попросит поделиться…» — Подумал он: «И я поделюсь! Ведь я не могу иначе…» — Прошелестел у него в голове невесть как залетевший туда напев.

   — Да, милый Рюша, ты угадал. Знаешь, просто не хочется пачкать лапки, откапывая грузди. Ведь у девушки должны быть чистые лапки, согласись…

   «Да, именно этими чистыми лапками ты таскаешь у меня из норки самые аппетитные грибочки!» — Подумал внутри себя Ёжик: «Опять же сам виноват, не могу придумать как запирать свой дом.»

   — Может быть, это не я, а Мышка-Норушка. В смысле та, что живёт у тебя в норе, а ты и не знаешь… Я же Белочка воспитанная, такой ерундой заниматься не стану!

   «Ну вот, расслышала… Какой я неосторожный…» — Не особенно сожалея, укорил себя Ёжик.

   — Если не веришь, полезай ко мне в дупло, я покажу тебе свои закрома, и ты убедишься, что твоих припасов там нет.

   — Что-то не припомню, когда я лазал по деревьям в последний раз. Да и в первый раз — тоже.

   — Вот и попробуй, когда-то надо начинать! Станешь самым крутым ёжиком в нашем лесу! Прикинь, Волку по носу съездил, у Медведя мёд выманил, Лису заболтал да обвёл, а теперь ещё на дерево залезешь! Ну, просто не Ёж, а легенда!

   «А что…была-не-была? Почему бы и нет?» — Подумал Ёжик, бросив неуверенный взгляд на надкушенный груздок. — «Первый ёж на дереве! Разве не звучит?» — И направился к дереву… Муся меж тем прытко заскочила по стволу на ветку и оттуда подбодрила Ёжика:

   — Ты не бойся, мой дом не так уж высоко. Вот здесь, у первой ветки, смотри, где я сижу.

   Ёжик подошёл к стволу близко, глянул вверх и понял, что означает выражение «душа — в пятки».

   «Если Одуванчик моей души окажется в пятках, ох и засияют мои пяточки в Эфире.» — Рюша поднял заднюю лапу и проверил, не светится ли пятка. На пятке налипла пара травинок, но она не светилась.

   «Ладно, нечего самому себе голову морочить!» — И Рюша, решительно пятясь задом, стал отступать от дерева. Белочка округлила глаза-пуговки — ты куда?

   — А для разбега! — Ёжик вдруг взял с места в карьер и одним махом, цепляясь коготками за шершавую сосновую кору, взбежал к самому дуплу, чуть забуксовал на перегибе и последним усилием перевалил себя внутрь.

   — Оп-па… — Выдохнула Белочка и тоже шмыгнула в дупло.

   — Ловко ты это проделал! — Отметила она, пока Ёжик сидел, упершись носом в стенку. Потом в его нос стали проникать разные приятные запахи, и он развернулся к Белочке.

   — Сам не верю, — отозвался он, — но пахнет тут приятно. И вообще…уютно.

   Ёжик внимательно осмотрел Мусино жилище и аккуратно разложенные запасы — здесь орешки, там — сушёные грибочки. Покачал головой — да, здорово!

   — Вот видишь, твоего здесь ничего нет! — Белочка картинно повела лапкой по кругу и продолжила. — Я, конечно, не ябеда и не дятел, но твоими запасами интересуется кое-кто ещё. Живёт тут неподалеку один Бурундук по имени Шмыка…

   — Так я знаком с этим полосатым непоседой. Вечно носится, хвост торчком!

   — И любит без спросу в чужие норки заглядывать… — Начала было ябедничать Белка, но спохватилась. — Впрочем, не моё это дело…

   — Пойду, пожалуй. Рад был погостить! — Отозвался Ёжик, и тут взгляд его упал на два небольших голубоватых яичка, они лежали в дальнем углу на пучке мягкого мха. Ёжик медленно повернул голову к Белочке и чуть заикаясь от удивления спросил:

   А я и не знал…

   Белочка смутилась, потупила глаза и нерешительно ответила:

   — Ну-у, не то, чтобы несу…а так, уношу. Иногда…

   — Уносишь?

   — Ну да, — поуверенней подтвердила Муся, — когда плохо лежат…

   Мусе не хотелось объяснять Ёжику, откуда у неё взялись яйца, и она ловко перевела разговор:

   — А давай, я тебя чем-нибудь угощу! Попробуй свеженькой бруснички, утром собирала.

   — Спасибо! — Ёжик размял на языке упругую бордовую ягоду. — Очень вкусная! — Слукавил Рюша, незаметно морщась. На его вкус ягода ещё не доспела и была кисловата.

   — Так я пойду. — Снова засобирался Ёжик.

   — Ладно, — согласно закивала Белочка, — ты забегай, поболтаем.

   Ёжик высунулся из дупла, глянул вниз и ужаснулся — высоко! Ствол слегка расширялся к низу, но было круто, почти отвесно. «Да-а…» — Пронеслась в голове насмешливая фраза. — «Ёж крутой, почти отвесный…» — Но Рюша сразу себя одёрнул: «Нет, не надо над собой насмехаться! Наоборот, надо воодушевиться!» И он переставил передние лапки на ветку в надежде на прилив отваги. Но кураж не приходил, и Рюша замер в неудобной позе — передние лапки уже на ветке, а задние ещё на краешке дупла. Белочка поглядывала из дупла, не понимая, почему Ёжик медлит.

   «Ах вот оно что! Ему высоко и страшно!» — Догадалась она и предложила:

   — Пожалуй, рисковать не стоит, давай я позову кого-нибудь на помощь.

   — Кого ты позовешь? Жирафы в нашем лесу не водятся.

   — Какие ещё жирафы? — Уставилась на него Белочка.

   — Да неважно, шучу не к добру…

   — А если позвать Великую Басю? Мне кажется, она тебе в помощи не откажет.

   — Пожалуй! А ты сообразительная!

   Мусины глазки аж засверкали от комплимента. Она подхватилась и перескочила на соседнее дерево:

   — Ты подожди, я сбегаю!..

   Ёжик остался один. Он вытянулся между веткой и краем дупла, как акробат, и старался себя не ругать, а наоборот, ободрять. «Наверное, я похож на мостик… Только кто пойдет по колючему мостику?.. Вот гусеница могла бы попробовать. А если их поползёт по мне целая дюжина? Я не выдержу их вес и рухну на землю, сломаю себе лапу и передавлю половину гусениц…» — Ёжик вздохнул: «Ерунда какая-то — разве такими мыслями себя поддержишь?..»

   Из белкиного дупла выглянул ещё один жилец — Паучок-лесовичок. Он проживал у Белочки без всякой арендной платы инкогнито. Увидев «колючий мостик», он без удивления проворчал:

   — Оригинально…

   Паучок был экстремалом, а точнее альпинистом-высотником, и удивить его было трудно. Он взошёл на «колючий мостик» и, осторожно переставляю все свои восемь лап с иголки на иголку, отправился из дупла на ветку. Он не деликатно прошествовал меж Ёжкиных ушей по носу и оказался прямо перед Рюшиным глазом. Паучок деловито глянул вниз. Оценив высоту, распустил тонкую прозрачную нить.

   «Круто!» — Подумал Ёжик: «Мне бы сейчас такую нить.»

   — Ты что, нитки дома забыл? — Спросил Ёжика Паук.

   — Нитки забыл? — Переспросил Рюша.

   — Вот от тебя, Ёж, не ожидал. Полная подушка иголок и ни одной нитки. – Укоризненно заметил Паучок.

   Ёжик был не в том положении, чтобы обижаться:

   — Хоть нитки, хоть верёвки — всё не вариант. Я по верёвкам лазать не умею.

   Паучок на своей волне продолжал ворчать:

   — О чём вообще звери думают! Как можно из дому без ниток выходить?..

   И Паучок стремительно скользнул вниз, а Ёжик подумал: «Ну вот, хоть кому-то пригодился «колючий мостик.»

   Оставшись в одиночестве, Рюша стал думать о том, что в ожидании время тянется медленно-медленно, как серый день в дождливую погоду. А вот когда занят чем-то интересным, время летит быстро!

   Налетел бойкий ветерок. Дерево зашевелилось, раскачиваясь, и «колючему мостику» стало совсем трудно держаться. Ёжкины коготки с трудом цеплялись за округлые бока толстой ветки, и шаткое равновесие стало ускользать… Тогда Рюша отчаянным движением оттолкнулся от ветки и плюхнулся на колючую спину в сумрак дупла. Тут было спокойно и уютно, а покачивание дерева уже не пугало, а успокаивало. Ёжик устроился на мягкой душистой подстилке и дал волю приятным мыслям: «Здесь в тепле и уюте время так медленно тянуться не будет, оно просто замрёт, а ждать станет легко и приятно…» — Рюша едва успел додумать свою мысль, как его сморил сон…

   …Бабушка Ёжка склонилась к нему и строго проворчала:

   — Тоже мне смельчак нашёлся по деревьям лазать!

   В сонном забытьи Рюша невпопад бормотал:

   — Наверное, Время бегает по кругу… А чтоб не скучно было — то быстрее, то медленнее…

   — Ага, как бы не так, прям оно бегает и бегает. Забегалось всё, аж умаялось! — Немного сварливо отозвалась Ёжка. — Никак оно не бегает! Потомушта-а… — Растянула она звук «а»…

   — Почемушта-а?.. – передразнил её Рюша.

   — Потому что его просто нет!

   — Как нет?!

   — А так! Посуди сам, прошлого уже не существует. Вокруг нас нет ни лоскуточка прошлых событий. Остались только смутные картинки в нашей памяти… — Бабушка смешно помахала лапой, словно с кем-то прощалась.

   — А будущего пока нет. Не наступило будущее. Увы! — Бабушка картинно раскинула лапки. — Оно может наступить, а может и не наступить; может — такое, а может — другое. А мы гадаем, что будет и чего не будет.

   — Логично… — Задумчиво проговорил Ёжик. — А настоящее, вот оно — есть!..

   — А вот это, милый Рюша — иллюзия. Настоящего тоже не существует, ему просто нет места между толстыми боками прошлого и будущего. — Бабушка склонилась к Рюшиному уху и словно по секрету прошептала. — Настоящее — такое место, где будущее проскальзывает в прошлое. Портал называется…

   — И где это место? Там, где я?

   — И там, где ты вместе с деревом, в котором спишь, и лесом, где дерево растёт. Словом — везде.

   — Как-то не понятно. Место, которое везде…

   — Не устраивает? Тогда так — место, которое нигде.

   — Место между везде и нигде. — Как эхо повторил Рюша. — Большо-ое, значит, место! Портал, то есть…

   — Портал — это большой вход. Получается, ты всё время входишь и входишь, но никак не войдешь.

   — Жизнь пройдёт… А я так и не войду! — С ноткой философской грусти произнёс Ёжик. А Бабушка рассмеялась:

   — Зато как пройдёт!

   — Как?

   — От тебя зависит, как пройдет твоя жизнь. По моим сведениям — интересно пройдёт!

   — Моя жизнь между прошлым и будущим… — Задумчиво проговорил Ёжик. — Видимо, пройдёт хорошо.

   — Гляди веселей, Ёжик! Время не стоит нашей грусти.

   Но Рюша настроился на серьёзный лад:

   — Выходит, сам этот портал и есть Время. Не могу представить, как будущее становится прошлым.

   — Как свет утренней зари проникает сквозь темень ночи сразу и повсюду. — Бабушка выдержала паузу:

   — Представь, что ты луч света, и ты летишь сквозь темень ночи. Где ты — там светло и это — твоё настоящее. А за тобой уже темно и перед тобой — тоже.

   — Значит, Время стоит, а я лечу сквозь него?

   — Точно. Время неподвижно. — Бабушка очень быстро покрутила лапками, и Рюша увидел большие круглые часы:

   — Смотри. Люди придумали часы, чтобы отсчитывать время. На часах есть циферблат с числами и есть стрелки. Циферблат стоит себе спокойно и наблюдает, как стрелки бегают по кругу. — Бабушка спрятала часы:

   — Так и бесконечное Время удивляется, зачем его считают. Зачем считать то, что сосчитать нельзя?.. Только люди без этого не могут, а мы, зверушки, можем.

   — Время, как тот неподвижный циферблат, а мы — как стрелки. — Бормотал Рюша, а Бабушка качала головой, соглашаясь с ним.

   — А тебе, Бабушка, кто про Время рассказал?

   — В мире, где я сейчас обретаюсь, знания растворены вокруг, как кислород в воздухе. Правда, воздуха здесь нет, зато есть Эфир. Знания из него можно впитывать. — Бабушка потускнела и Рюша подумал, что просыпается.

   — Подзарядиться мне надо… — Бабушка умолкла, заколыхалась, Она разделилась на несколько маленьких бабушек и между ними замерцали искорки. Вспышка, и она снова стала одной большой бабушкой.

   — Уф! Подзарядилась. — Бабушка стала ярче прежнего.

   — Тут, в Эфире, знаешь ли, не только знания растворены, а ещё энергии полно. И всё принадлежат Отцу Небесному. Всё доступно, но не каждый может взять.

   — А я смогу?

   — Для тебя есть только один способ — медитация.

   — А у меня получится?

   — Забыл, как медитировать? Так я вроде уже рассказывала, объясняла…или нет?.. — Засомневалась Бабушка, и, как всякая старая добрая бабушка, проворчала. — Ох, стара я стала да не памятлива…

   — Великая Бася мне про медитацию толковала, вот кто!

   — А? Ну и хорошо, ну и ладно, коли говорила. Хорошая она, Бася, мудрая да несчастная.

   — Почему несчастная?

   — Потом, ежок, потом. А сейчас тебя спасать будут… — Она лукаво улыбнулась и быстро растаяла в своей улыбке. Рюша тоже улыбнулся ей на прощанье.

   И тотчас что-то захлопало, зашуршало, и в дупло напахнул свежий поток воздуха. Ёжик мгновенно проснулся. В дупло, затмив собою белый свет, просунулась большая ушастая голова, и жёлтые глаза воззрились на Рюшу. Грозный тёмно-коричневый клюв почти касался Ёжкиного носа:

   — Ну, конечно, опять дрыхнет… — Ёжик спросонья не сразу понял, что это Сова Бася, и даже успел немного испугаться.

   — Спасать тебя прилетела! — Весело доложила Сова.

   — Здорово! — Ёжик так обрадовался, что даже потёрся о совиный клюв. Сова улыбнулась, но сказала строго:

   — Не делай так больше!

   — Почему?

   — Прицел собьёшь… — Она усмехнулась. — Давай, герой, вылезай из дупла, спущу тебя на твёрдую землю. — Голова её отодвинулась, открыв свет.

   Ёжик встряхнулся, отгоняя остатки сна, выглянул из дупла и несмело принял позу «колючего мостика». Сова чуть подпрыгнула на ветке и аккуратно обхватила Ёжика за колючие бока мохнатыми когтистыми лапами. С лёгким шелестом раскинув крылья, спланировала на землю. У самой земли она, не складывая крыл, разжала когти, выпустив Ёжика, и чуть поодаль оттолкнувшись от земли, взмыла вверх под самые макушки деревьев.

   — Ступай домой, альпинист! — Донеслось оттуда. — Увидимся позже, пока…

   — Спасибо, Великая Бася! — Но небо уже скрыло от его глаз большую Сову.

   Ёжик чуток потоптался на месте, да и направился к дому. Вверху что-то стрёкнуло и быстрый говорок остановил Рюшу:

   — Вот такой ты воспитанный Ёжик, ни до свидания, ни спасибо…

   — Ой, и правда, Муся, что-то я задумался. Конечно, спасибо тебе большое, выручила! И до свидания, ещё увидимся. Я тебе гостинчик принесу.

   — Не рано ли прощаешься?

   — А что?

   — Забыл, зачем на опушку приходил?

   Ёжик на мгновение замер:

   — За груздями! Совсем из головы вылетело!

   — Вот именно! Давай откапывай — сам поешь и меня угости. Вот и будет мне благодарность.

   Они славно посидели возле старого растрёпанного пня, вволю погрызли груздиков и поболтали о разных лесных пустяках. Расставшись как давние приятели, Ёжик и Белочка отправились по домам. Рюша скоро добрался до своей норы, где стряхнул с иголок пару прихваченных с собой груздей. Он осмотрел жилище — всё ли в порядке — и остался доволен. Немного передохнув, отправился погулять в надежде встретить Труша и поведать ему о своём приключении. Вот только ноги сами собой привели его к старой липе. Обнаружив это, Рюша не стал звать Великую Басю, а забрался в самую густую тень и решил просто посидеть, наслаждаясь покоем. Он, по своему обыкновению, готов был уже задремать, как на него снизошёл знакомый пуховый вздох Великой Баси, а следом её сумрачный голос обронил непонятную фразу:

   — Белочка тебя спровоцировала, а ты и поддался…

   — Что сделала?

   — Провокация — это вызов, когда тебя подталкивают совершить необдуманный или глупый поступок, который может закончиться бедой. У-гу! — Бася вскинула крыло:

   — А если бы ты упал с дерева?.. Так что твой «подвиг» был безрассудным. Впрочем, поучать я не люблю.

   — Спровоцировала… — Нараспев повторил Рюша. — Значит, это она виновата, что я был в опасности, а я ей ещё и спасибо сказал.

   — Что спасибо сказал — правильно. А то, что она виновата, тут ты не прав.

   — Почему?

   — Потому что ты сам решил залезть на дерево. Она заставить тебя не могла, силком не тащила. Ты сам решил и сам полез; не упал — повезло, а если бы упал — твоя вина. Сам решил — сам сделал — сам отвечай. Простая формула. Жизнь нам постоянно предлагает выбор. Выбрал правильное решение — всё хорошо, а неправильное — пеняй на себя.

   — Как это, пеняй на себя? Я что, пень какой-нибудь?

   — Ну, не совсем пока… — Съехидничала Сова. — Пенять на себя значит укорять себя. А для примера вот — растут на пеньке рядышком грибы — один опёнок, другой — ложный опёнок. Выбирай! Сгрыз опёнок — хорошо, и сыт и доволен, а съел по незнанию ложный опёнок — отравился и заболел, оттого ослаб и попал в зубы лисы.

   — А если я буду тренироваться и научусь хорошо лазать по деревьям…

   — Вот с этого и надо было начинать! Сначала научись, потом делай! Однако, возникает вопрос, зачем тебе это надо?

   — Папа говорил мне — любое умение может пригодиться в жизни.

   — Ну, если папа говорил, тогда конечно…ух-хе-хе…- Хохотнула Бася. — Давай, учись лазать по деревьям. Всему остальному ты, видимо, уже научился. — Она выразительно постучала коготком по стволу и прибавила:

   — А, главное, нитки дома не забывай! — Сова снова принялась ухать и хохотать. Насмеявшись вдоволь, проворчала:

   — А теперь ступай домой, не то уснёшь тут опять, мне же недосуг за тобой приглядывать…




© А.Е. Титов.  Все права защищены