←Содержание2 сказка: Тень →

Благородно-серая шёрстка и пёстрые иголки Рюши выглядели свежими, нарядными и совершенно новыми. В карих глазах разного оттенка играли задорные искорки. Несмотря на юный возраст, ёжик Рюша был крупным, сильным и, как принято сейчас говорить, успешным ёжиком. И помогла ему стать таким бабушка Ёжка, которая всегда появлялась в нужный момент. Она показывала ему в сновидениях, как вести себя в лесу и уберечься от опасности. Помогла найти тёплую сухую норку, где можно сладко почивать летом и спокойно пережить зиму. Ёжик не смог бы объяснить, откуда он знает, как надо устраиваться на долгую зимнюю спячку, ведь он прожил на свете только одно лето. Наверное, бабушка Ёжка рассказала, а он об этом нечаянно забыл…

Устраиваясь спать, ёжик сворачивался в колючий клубок так, чтобы иголки не кололи его. Рюша закрывал глазки и ждал, когда появится добрая бабушка Ёжка и тихо, слегка раскачиваясь, начнёт говорить и показывать сказку…

…Однажды погожим летним днём очень молодой ёжик по имени Рюша гулял по лесу и размышлял о том, как устроен орех, и почему он, ёжик, хочет его съесть, и отчего ему нравится вкус лесного ореха. Гулял он гулял, как вдруг что-то сердито стукнуло его по спине. Рюша даже припал к земле и совсем было решил свернуться в колючий клубок, однако… вокруг было тихо. Ёжик передумал сворачиваться, но замер в растерянности: что-то тяжёлое давило на него сверху, и это было неприятно. И непонятно…

Не мешкая ёжик побежал к лесному роднику, где всегда пил воду. В чаше родника, наполненной хрустальной водой, как в зеркале, отражался его колючий облик. Он забрался на тот бережок, что был повыше, и посмотрел на своё отражение. У себя на спине Рюша увидел огромную шишку. Шишка сидела на его иголках лепестками книзу и потому держалась цепко. Рюша никогда не видел таких огромных шишек!.. Он видел еловые шишки, сосновые шишки и даже можжевеловые, но такой странной и большой не видел никогда.

– Что ж теперь делать, что делать?.. – бормотал ёжик, растерянно глядя в воду. В чаше родника, почти правильной круглой формы, вода появлялась из-под земли незаметно и неслышно, стояла прозрачная и гладкая. Лесные жители назвали родник Ледянец.

Рюше надоело любоваться на своё отражение, и он решил сбросить шишку, а потом хорошенько её рассмотреть. Он начал пыхтеть и подпрыгивать, но шишка упрямо держалась на колючках и никак не хотела отцепляться.

«Неужели я так и буду ходить с этой шишкой на спине?! – с отчаянием подумал ёжик. – Надо кого-нибудь попросить о помощи…»

И Рюша побежал на полянку, где обычно любил подремать заяц. С худым, голенастым зайцем они были приятели и ровесники. Заяц тоже родился ранней весной и недавно, как и ёжик, распрощался с родителями. Они познакомились у родника Ледянца погожим летним днём и частенько дремали вместе на укромной полянке. Молодого зайца звали Труш. Он как будто ждал ёжика, потому что сразу выпрыгнул навстречу из-за кустика и спросил:

– Ого, Рюша, ты где нашёл такую большую шишку?

– Я не находил. Она сама на меня свалилась. Не знаю теперь, как от неё отделаться.

– Свалилась?

– Да! Ты поможешь мне её снять?

– Как же я тебе помогу! Если я начну к ней тянуться, твои иголки воткнутся мне в живот. А я этого не хочу.

– Что же мне делать?! – воскликнул ёжик.

– А ты найди кого-нибудь покрупнее, например, барсука, он снимет с тебя шишку.

– Ладно, – буркнул ёжик и побежал искать зверя покрупнее.

Очень скоро на лесной тропинке он заметил барсука по имени Брош, его полосатая голова была обращена вверх, словно он хотел на ясном небе разглядеть звёзды. Ёжик немного подождал в надежде, что барсук обратит на него внимание. Но тщетно… Тогда ёжик вежливо попросил:

– Уважаемый барсук, снимите, пожалуйста, шишку с моих иголок.

– Не будет, – сказал барсук и, часто моргая, уставился на ежа.

– Чего не будет? – не понял ёжик.

– Никакого дождя не будет! – пояснил барсук. И тут же удивился: – Ух ты, это у тебя что?

– Шишка! Свалилась на меня невесть откуда… Я уже устал носить её на спине!

Подслеповатые глаза барсука внимательно рассматривали шишку.

– Замечательная спелая кедровая шишка… Наверное, прошлогодняя, – барсук покачал головой, как бы соглашаясь сам с собой, и проворчал: – Это кедровка…

– Её зовут Кедровка? Не думал, что у шишки есть имя.

– Ишь, шутник,  шишка она и есть шишка. А кедровка – птица. Скандальная такая, крикливая. Лучше с ней не связываться. Вот тут она уже начала орешки выклёвывать, да шишка, видать, оторвалась и аккурат на тебя упала.

– Ага, видел я такую птицу, на ворону недоделанную похожа.

– Ну, вроде и похожа, – подтвердил барсук и как бы невзначай спросил: – Что ты с этой шишкой делать-то собираешься?

– Я хочу от неё избавиться! – воскликнул ёжик.

– Хорошо, – сказал Брош, – я сниму с твоей спины эту шишку, но при одном условии…

– Да?..

– …Что ты отдашь её мне.

– Хоро…

– Но не успел ёжик произнести слово «хорошо», как откуда-то сверху раздался глухой насмешливый голос пожилой вороны по имени Сквара:

– Не будь дурачком, ёжик! Это какое же богатство ты собираешься отдать. Ты разве не знаешь, какие вкусные и сытные кедровые орешки? Тебе такой большой шишки хватит надолго. Ха-ха! А ты хочешь её отдать барсуку… – вот так высказалась уважаемая ворона по имени Сквара.

– Вечно ты лезешь не в своё дело, ворона! – недовольно проворчал барсук. – Так что, ёжик, отдашь мне шишку или нет?

– Но ведь… она моя… – неуверенно протянул ёжик.

– Значит, не отдашь?

Рюша молчал.

– Ну, как знаешь, – буркнул барсук, недовольно фыркнул и проворно нырнул в чащу.

Ёжик с минуту растерянно смотрел ему в след, а потом пробормотал:

– Никогда не слышал про кедровые шишки…  И что такое кедр?

– Неужели ты ещё не знаешь все деревья в лесу? – удивилась Сквара.

– Я думал, что знаю все… – неуверенно ответил Рюша. – Есть хвойные деревья, это у которых иголки вместо листьев: ель-ёлочка, сосна, пихта – у неё мягкие иголки. Ещё лиственница, у неё тоже мягкие иголки. Осенью её иголки желтеют, и она сбрасывает их так же, как лиственные деревья сбрасывают листья. Потому её и зовут лиственница. А остальные хвойные деревья стоят всю зиму зелёные и держат свои иголки при себе. Вот! Мне мама рассказывала.

– А ещё есть кедр, он самый важный и благородный из всех хвойных деревьев. Перелётные птицы сказывали, что кедры в разных краях – разные. Наш кедр – сибирский. Он особенный – под корой у него древесина красноватого оттенка, как будто корни его не только воду в земле пьют, но и сок из ягод вытягивают. – Так говорила Сквара.

– Надо же… – удивлялся ёжик. – Пойду рассмотрю этот кедр хорошенько… когда шишку сниму. – И тут его осенило. – Уважаемая Сквара, а если я принесу кедру его шишку, может, она сама с меня спрыгнет?

– Ага, и на дерево залезет, да на ветку усядется. Ха-ха! – порадовалась своей шутке ворона.

Ёжик вежливо улыбнулся и спросил:

– Древесина у кедра красная, так ведь у зверушек кровь тоже красная. 

– Так то у зверушек, а у деревьев крови нет, у одних – сок, у других – смола. Но у всех прозрачная. Кроме кедра.

– Интересно, почему так?

– Расскажу, что сама слыхала. В незапамятные времена жили в этом лесу первобытные люди. Был у них вождь, и был шаман. Шамана в племени почитали даже более вождя, потому что он мог говорить со зверями и духами леса и даже посещать иной мир.

– Тот мир, откуда льётся свет и приходят сновидения?

– Ну, в общем, да… – в некотором удивлении подтвердила Сквара. – Надо же, какой эрудированный ёжик. – Она замялась. – Так к чему это я вела… Ах, да! Так вот, этот шаман рассердил Отца Небесного…

– Ого! А что он сделал?

– Ну-у… – призадумалась ворона. – Толком-то я не ведаю… Вроде бы стал он людям рассказывать много лишнего, чего им знать не полагается.

– А что им знать не полагается?

– Ну, например, будущее. Или прошлое показывал, тайны нехорошие открывал. Вот Отец Небесный и превратил его в кедр.

– Значит, у кедра древесина красноватая, потому что шаман в нём сокрыт?

– По легенде выходит так… – Сквара взглянула вниз на ёжика. – Знаешь ли, кто такие шаманы?

– Ну, в общих чертах… Они как продвинутые мудрые совы в лесу. Много знают и колдовать умеют. Так мне говорил Зарашустра.

– Кто говорил?

– Прадедушка мой, вот кто.

Увлечённый беседой, ёжик отвлёкся, забыл про большую шишку на спине. Но только он захотел поднять голову вверх, как тяжесть на спине о себе напомнила.

– Только вот шишки у кедра уж очень тяжёлые… – пожаловался он.

– Да уж, шишки у него самые большие. Это оттого, что в них орешков много. Да и орешки тоже большие. И вкусные! Правда, у них твёрдая скорлупка, но нет в лесу зверька, который бы не смог их разгрызть. – Разговорилась старая Сквара: – А где твои родители?

– Папа сказал, что я уже вырос и мне пора жить самостоятельно, – ёжик грустно вздохнул, – а мама добавила, что мне лучше уйти на север, в другой лес, потому что в нашем лесу и так слишком много ёжиков.

– Теперь понятно, почему ты не знаком с кедром… Лес, где ты родился, южнее нашего, и кедры там не растут. А в нашем лесу это самое почитаемое дерево.

– Теперь буду знать! – сказал Рюша. – Не знаю только, что делать с этой огромной шишкой…

Тут вверху среди веток что-то прошуршало, и незнакомый голос сказал:

– А ты найди лису и попроси её помочь. – Это была молодая сорока Глаша, она засмеялась скрипучим недобрым смехом.

– Какая же ты вредная, Глафира. – Старая ворона укоризненно покачала головой. Её большой чёрный клюв за долгие годы слегка покоробился и стал изогнут, словно в постоянной ехидной усмешке.

– А как ещё молодых учить… – заспорила было Глафира, но старая Сквара перебила её:

– Ты, чай, и сама пока не старая! Гляди-ка, молоко на клюве ещё не обсохло, а туда же, молодых учить! – птицы умолкли, и на мгновение стало тихо. Ёжик с интересом разглядывал клюв сороки, пытаясь отыскать следы молока, а Глафира растерянно спросила:

– Какое такое молоко?

– Известно какое – самое обыкновенное птичье молоко, – насмешливо ответила Сквара.

– Стоп, стоп, стоп! – вскричала сорока. – Никогда про такое не слыхала, чтобы у птиц молоко было… как у каких-нибудь млекопитающих. У нас крылья, мы летаем…

– Кто из гнезда не выпал, тот летает… – мудро согласилась Сквара. – А вот ты до сих пор самых простых вещей не знаешь. У неё весь клюв в птичьем молоке, а она даже не знает, что это такое. – Глафира стушевалась и примирительно сказала:

– Так расскажите, уважаемая Сквара. – Но ворона была непреклонна:

– А ты сначала научись сама знания добывать, тогда и будешь лесную молодёжь поучать! Хм… – ворона важно воздела крыло. – Вот тебе и домашнее задание готово – разузнай-ка всё про птичье молоко.

Спор двух умных птиц порядком утомил Рюшу, шишка давила немилосердно, и он в нетерпении прервал пернатых:

– Так правда ли, что лиса поможет?! Мне мама говорила обходить её стороной: «Ты хоть и с колючками, да лиса хитра, обманет, ухватит за животик и всё – поминай как звали». Одно я тогда не понял, зачем вспоминать, как звали…

– Это, знаешь ли, когда тебя уже не стало, а имя твоё ещё помнят… – Сквара покачала головой. – Ладно, не будем о грустном. Мама правильно тебе говорила, обходи лису стороной. – И ворона неодобрительно покосилась на сороку. – А Глафиру ты не слушай, молодая она, бестолковая.

– Так что же мне делать?! – воскликнул ёжик.

– Каждый зверёк должен научиться помогать себе сам, быть находчивым и смелым. – Отвечала Сквара. – А знаешь ли ты про кустарник, который называют шиповником?

– Знаю! Мама говорила, что это лесная роза, а папа как-то раз даже принёс ей маленький букет…

– Во-от… – протянула старая ворона. – Не догадался ещё?

Ёжик задумался и вдруг подскочил, закричал:

– Спасибо, тетушка Сквара, я понял, понял!..

И он стремглав помчался к Весёлому ручью. Пока добежал, запыхался и выбился из сил. Ручей, едва приметный среди трав и кустов, журчал, словно переговариваясь с камешками на дне. Все звери в лесу знали, что Весёлый ручей никогда не пересыхает и в самые жаркие дни лета поделится водой.

Здесь по берегам ручья начинались густые заросли шиповника. Шиповник уже сбросил свои красивые ярко-розовые лепестки, и вместо них стали наливаться оранжевым цветом ягоды. Ёжик наклонил носик низко к земле и забрался в самую гущу кустов. Сначала он завалился на один бок, потом на другой, и… о, чудо! Цепкие колючие стебли шиповника сняли тяжёлую шишку с его спины. Ёжик облегчённо вздохнул и вдруг увидел неподалёку замечательный пень – он стоял в самой гуще зарослей шиповника. На пне, как нахлобученный колпак, возвышался небольшой муравейник. Ёжик обошёл пень и обнаружил меж старых горбатых корней тёмное углубление. Рюша заглянул внутрь. Углубление уходило в сумрачную тишину… Приятно пахло сухим мхом, и он понял, что нашёл новое надёжное жилище, куда не доберётся хитрая лиса и где ему не будет страшна холодная зима. Он закатил в свой новый дом кедровый орех и подумал, как будет удобно запасать на зиму ягоды шиповника…

А доброжелательные муравьи, собравшиеся возле его пяток, одобрительно прошелестели:

– Надо же, какой находчивый.

Ёжик только улыбнулся в ответ…

… – Вот такая история произошла с одним молодым ёжиком… – закончила рассказ бабушка Ёжка.

– Бабушка, а почему мне кажется, что эта история про меня? – спросил Рюша.

– Потому что тебе правильно кажется… – улыбнулась бабушка.

– Но ведь со мной ничего такого не случалось…

– Не случалось, – подтвердила бабушка, – но это не значит, что не случится…

Ёжка наблюдала, как безмятежно плывет Рюша по границе сна и яви, а ёжик смотрел, как бабушка бесшумно покачивается в чистой, чуть фиолетовой пелене его сознания. Но ёжик так и не заметил, когда бабушка ушла – он погрузился в глубокий сон без сновидений.



© А.Е. Титов.  Все права защищены


←Содержание2 сказка: Тень →